nngan (nngan) wrote,
nngan
nngan

Categories:

Владислав Иноземцев: состояние болота — надолго, адекватные готовятся к эмиграции

«Восемь процентов протестующих в одной только Москве — это 500–600 тысяч взрослых людей. Такой «майдан» снесет любую власть, никакая полиция не поможет. Нынешняя власть прекратит свое существование, только когда будут расстреляны первые десять демонстрантов...» — Вл. Иноземцев

«Партия президента» одержала триумфальную победу на парламентских выборах, невзирая на явное ухудшение экономики и обеднение подавляющего большинства россиян. Оппозиция потерпела такое же внушительное фиаско. Надолго ли этот успех Владимира Путина? Какие риски угрожают ему? Об этом мы расспросили Владислава Иноземцева, известнейшего экономиста, публициста, директора Центра исследований постиндустриального общества....

— Впереди у В. Путина, пожалуй, куда более важные выборы, чем только что состоявшиеся в РФ, — выборы американского президента. Допустим, им становится Хиллари Клинтон. По вашим представлениям, чего стоит ожидать в российско-американских отношениях в этом случае — «перезагрузки» или «перегрузки»?

— Х. Клинтон, в отличие от Д. Трампа, не испытывает к Вл. Путину теплых чувств, ей, человеку, уже пожившему в Белом доме восемь лет в качестве первой леди, бывшему госсекретарю, понятен беспрецедентный вес США на мировой арене, и РФ не является для нее равным партнером. Для нее РФ одна из многих стран, причем далеко не самая нормальная. От Клинтон, безусловно, не стоит ожидать никаких расшаркиваний, и для Кремля она, конечно, заведомо хуже. Но только и всего, катастрофы-то не случится, просто некоторые выходки Москвы не будут сходить ей с рук, не более...

А что касается Украины, то... совсем не убежден, что даже если украинская армия получит с десяток американских танков, то она тут же пойдет на штурм Донецка. Тем более что на стороне ДНР воюют, мягко говоря, далеко не только ополченцы, причем не вилами и не лопатами.

— Хорошо, но в Америке возобновляется сланцевый бум, наши конкуренты — США, Саудовская Аравия, Иран, Катар — наступают на традиционные для РФ европейские рынки. Владислав Леонидович, какие ресурсы выживания остаются у «путиномики»? На сколько их хватит, чтобы ничего принципиально не менять?

— Цены на мировом нефтяном рынке стабилизировались. Сланцевая добыча в Америке рентабельна примерно на сегодняшних ценовых уровнях, но она не остановится и при снижении цен. В свое время, когда нефть стоила 100 долларов за баррель, сланцевые компании заняли и вложили в добычу много денег, и даже если нефть будет стоить 40 долларов, они не смогут прекратить ее добывать, потому что надо выплачивать кредиты. Поэтому и банки не хотят остановки таких компаний, лучше смягчить условия по кредитам, чтобы им хоть что-то платили, в противном случае банкам достанется просто-напросто неработающий актив. Другое дело, что при 40 долларах производство лишь не свернется, а при 50 можно вводить новые скважины. Так что несколько лет цены будут колебаться вокруг нынешних уровней: то уходить чуть ниже 40 долларов, то подниматься к 55.

Добывающие страны, конечно, хотят более дорогой нефти. Но для этого надо резко сократить нефтедобычу, а ни в чьи планы это не входит. Сокращение добычи может произойти, к примеру, по причине банкротства и дальнейшей гражданской войны в Венесуэле. Другие ожидают: здорово, если бы американцы снова ударили по Ираку. Но ни того, ни другого, скорее всего, не произойдет. Делегации добывающих стран будут встречаться, обниматься, хлопать друг другу по плечу и обещать сократить добычу, но по возвращении домой продолжат качать нефть. А что им остается? За два последних месяца количество буровых установок в Америке удвоилось, о намерении наращивать экспорт нефти заявляют Иран, Ливия и Нигерия.

В отдельно взятой РФ при таких ценах останавливается добыча на шельфе, бессмысленно идти в Восточную Сибирь, через 5–7 лет начнется реальное истощение месторождений. Но дело в том, что наши политики в принципе не смотрят так далеко. Сейчас им нужно пройти 2018 год (когда состоятся выборы президента РФ — прим. ред.), а до этого времени я особых рисков не вижу.

«Их подход: придет время – тогда и посмотрим...»

— Не смотреть далеко — это личное качество наших руководителей, или мир стал настолько изменчивым, что нет смысла планировать на много лет вперед?

— Пролагаю, это их собственный подход к жизни. Эти люди формировались в 90-е годы, когда было тяжело строить какие-то долгосрочные планы. Именно тогда сложилась привычка к короткому видению. Понимаете, дело даже не в том, что они не строят далеких планов, у них есть стратегии до 2030 года, проекты строительства скоростных магистралей чуть не до Пекина. Дело в том, что они не смотрят на будущие вызовы. Провести Олимпиаду в Сочи или футбольный чемпионат, построить скоростную железнодорожную магистраль до Казани — все эти решения принимались 6–10 лет назад, причем без учета грядущих рисков, тяп-ляп, если говорить по-простому. Их подход: придет время — тогда и посмотрим, чего суетиться-то. Они не столько не умеют, сколько не видят смысла планировать надолго. Если тебе, как Китаю, надо прокормить полтора миллиарда человек, и ты понимаешь, что нет иного выхода, как становиться крупной промышленной державой, то будешь строить пятилетние планы, зазывать инвесторов и ползать перед ними на животе. А если у тебя нефть течет, то каков мотив?

— Но Герман Греф предупредил, что углеводородной эре осталось лет десять.

— Во-первых, совсем необязательно слушать Грефа. Люди не глупее Германа Оскаровича, к примеру, Гарри Кимович Каспаров, когда-то предсказывали, что режим не доживет и до 2010 года. Николай Петров из Центра Карнеги еще в 2012 году писал на страницах одного венского журнала, что режиму Путина настанет конец до 2014 года. Если сложить в кучу все эти выдающиеся высказывания и положить на стол Путину, только подашь ему лишний повод удостовериться, что он все делает верно.

Во-вторых, в этой системе, кроме Германа Грефа, есть еще немало умных людей, но каждый из них думает: мне что, больше всех надо? Если на самом верху, в узком кругу, считают, что главное продержаться «от заката до рассвета», мне-то зачем выпендриваться, что я — умнее своего начальника? Если первое лицо в "монархии" всем довольно, то зачем высказываться, что мы идем на дно? Будешь выпендриваться — получишь реальное ухудшение карьерных возможностей и положения. Мотив отсутствует — вот что самое главное.

Герман Оскарович, Гарри Кимович и иже с ними правы в одном: если ничего не делать, то с каждым годом возрастает вероятность того, что через какой-то непродолжительный по историческим меркам период РФ превратится в абсолютного экономического «динозавра» и рухнет под собственной тяжестью. В отличие от того же Китая, мы действительно ничего не делаем. У нас с 2001 года в 6 раз увеличился объем средств на дорожное строительство, а ввод дорог уменьшился вдвое. Когда-то дороги окончательно разрушатся, и от Новосибирска до Барнаула можно будет проехать разве что на вездеходе. Но кого волнует, что будет через десятки лет? Да никого. Даже записных либералов, которые обещают: вот уж мы придем на выборы! А приходят, как всегда. Какие мотивы для реформ? Никаких.


— Поэтому от заезженного словосочетания «инновационная политика» уже, честно говоря, мутит: одни слова. Знаете ли вы какие-то примеры успеха российской продукции за рубежом?

— Пока никаких примеров не вижу. Есть отдельные компании, которые выпускают инновационную продукцию, сотрудничают с крупными международными фирмами, поставляя им узлы, компоненты. Есть коллективы программистов, которые напрямую работают с западными партнерами. Но в чем отличие РФ от КНР? В том, что на половине товаров, которые продаются в США и Европе, вы увидите надпись "Made in China". А вот надписи "Made in Russia" не увидите ни на одном товаре, разве что в магазинах типа «Буратино», куда заходят, чтобы купить нашу гречневую крупу и грузинское вино. Потому что на пути создания и продвижения наших товаров такое количество препон, что их в принципе нельзя преодолеть. Можно создать портал, компьютерную программу, игру, приложение для смартфона, но при этом вы будете встроены в крупные производственные цепочки и цепочки сбыта, и ни у кого не будет понимания, что эти продукты "Made in Russia".

Но это не было и не является головной болью нашего руководства. Даже когда во времена модернизации говорили о том, что нам нужно развивать новые отрасли, все сводилось к энергетике, космонавтике и фармацевтике для самих себя. Где здесь связь с продвижением российских товаров на внешние рынки? Никакой.

«Все чудесно, забудьте о каких бы то ни было переменах»

— Вы говорите: нет мотива для перемен. Но даже в Минфине признают: Резервный фонд сегодняшними темпами иссякнет в следующем году, а Фонд национального благосостояния до конца 2019 года усохнет на 40%, а то и больше. То есть мы останемся, извиняюсь, с голой задницей. Разве это не мотив?




— В этом году из Резервного фонда уже потрачено около 2 триллионов рублей. Это означает, что бюджет дефицитен где-то на 2,8% ВВП, по всем мировым меркам это небольшой дефицит, с таким дефицитом РФ нормально смотрелась бы даже в зоне евро. И в арсенале есть еще несколько элементарных приемов. Первый — увеличить внешние заимствования, а занимать по 10–12 миллиардов долларов в год у арабских стран или Китая не так уж невозможно.

Второй ресурс повышения бюджетных доходов — понижение курса рубля. Когда в 2011 году в Белоруссии, после довольно противоречивого переизбрания Лукашенко, случилась девальвация «зайчика» примерно на 60%, на следующий год инфляция подскочила до 87%. А у нас при такой же девальвации инфляция составила 7%. Это значит, что курс рубля вполне можно довести до 100 за доллар, а это совершенно бездефицитный бюджет без всяких резервных фондов, потому что вы получаете гораздо больше рублей от валютной выручки и экспортных пошлин. К тому же девальвация лучше, чем повышение налогов, потому что она создает дополнительные возможности для национальных производителей, повышает прибыль экспортеров и, следовательно, их инвестиционные возможности, растут зарплаты. Если инфляция будет держаться на уровне 10%, то ничего катастрофичного не произойдет.

И третий способ — приватизация, например, мелких участков земли, которых в РФ полно. Заимствования, девальвация рубля процентов на 20 в год и небольшая приватизация — этого вполне достаточно, чтобы резервные фонды протянули до 2020 года...

Знаете, я бы вообще рекомендовал не обращать внимания на разговоры о приватизации или на дискуссию Кудрина и Глазьева. Все эти вещи придуманы исключительно для того, чтобы народу, экспертной среде было о чем поговорить. За этим не стоит никакого фундаментального содержания. Экономика не станет менее огосударствленной, никакие рецепты, ни Кудрина, ни Глазьева, приняты не будут, а Медведев останется премьером, потому что в общем и целом все чудесно, забудьте о каких бы то ни было переменах.

— На сколько?

— Полагаю, что в 2024 году Путин оставит пост президента: он с уважением относится к законодательным формальностям. И думаю, что вряд ли вернется: к этому времени уже всем станет очевидной тупиковость путинской модели экономики, возникнет запрос на обновление, на новую лидерскую фигуру. Не исключаю, что таковой станет Вячеслав Володин... Вот, в 2024 году о перспективах перемен и поговорим...




— В последнее время мы видим целый поток отставок. В чем их замысел?

— Допускаю, что за этими отставками лежат рациональные соображения, не в плане сведения счетов, а в плане улучшения кадров, потому что в некоторых местах система перестает работать... Думаю, что эти отставки в определенной мере выход энергии Путина. Правда, те, кто приходят, не будут лучше. В стране единственный политический актор — сам Путин, и от того, что появился какой-то новый министр или руководитель администрации, ничего не изменится. Важно то, каким, скажем, консервативным или либеральным, будет президент, а люди вокруг него, мне кажется, не имеют ни принципов, ни убеждений и не собираются ими обзаводиться.

— Вас послушать, так для Путина никаких рисков нет.

— Никаких. На выборах Госдумы мы увидели триумфальный результат, Путин получил то, чего хотел: недовольные сидят по домам, одни готовятся к эмиграции, менее адекватные — к тому, что когда-то все будет лучше, остальные активно поддерживают его. Внутри системы все под колпаком, компромат найдется на кого угодно, он уже собран и лежит до поры до времени. Извне никто на РФ нападать не собирается. Состояние болота во всех сферах не предполагает революционного выхода, оно будет тянуться очень долго.



— Но по предвыборным социологическим замерам 60% жителей моногородов (а всего их 14 миллионов) называют свое положение нетерпимым. А ну как случится смычка моногорода и села — вот и авангард протеста.

— Во-первых, наш народ очень терпеливый. А во-вторых, если в моногородах начнутся какие-то проблемы, они будут быстро финансово успокоены, как это было в Пикалево. Что касается селян: ну, пошли они тракторным маршем на Москву, и где они теперь? Это не то, что занимает обитателей Кремля больше всего.

— Еще из предвыборной социологии: по данным «Левада-центра», 11% россиян готовы участвовать в экономическом, а в 8% — в политическом протесте. А такого количества достаточно, чтобы повлиять на систему, подвигнуть ее к переменам?

— Вполне. Восемь процентов в одной только Москве — это 500–600 тысяч взрослых людей. Такой «майдан» снесет любую власть, никакая полиция не поможет. Собственно говоря, нынешняя власть прекратит свое существование, только когда будут расстреляны первые десять демонстрантов. Такого рода прецедент сведет на ноль популярность любого правительства, это будет конец...

Готовы ли они стрелять по толпе? Сложный вопрос. Они дают сигналы, что готовы: закон разрешил Росгвардии применять оружие против демонстрантов. С другой стороны, они издают закон, что в случае экстремистских заявлений следователь-дознаватель делает предупреждение, и вы не можете улететь за границу, но ведь пока таких предупреждений нет... Но люди должны помнить, что в случае чего все эти законы могут применить. Количество таких «спящих» мер множится, и тенденция продолжится... Но если массовые протестные выступления будут в Петербурге или Екатеринбурге, то кровавые меры, скорее всего, окажутся неприменимыми, они опасны для устойчивости системы...

— По результатам парламентских выборов, действительно, не скажешь, что путинский режим в опасности. Почему, на Ваш взгляд, с таким грохотом провалилась демократическая оппозиция?

— Сама по себе нынешняя попытка демократов пойти на выборы и завоевать какое-то количество мандатов была изначально безнадежной. Во-первых, даже в таких авторитарных обществах, как Венесуэла и Аргентина, два уровня политики — общенациональный и местный. Попытка выйти на общенациональный, президентский уровень предпринимается с нижнего этажа. В Венесуэле оппозицию ведет на митинги губернатор одной из наиболее успешных провинций, в Аргентине к верховной власти приходит человек, который дважды избирался мэром Буэнос-Айреса. Но о каком общенациональном лидерстве можно вести речь, если Явлинский, первый человек в общенациональной партии, не в мэрах и не в губернаторах, а уже пять лет сидит депутатом питерского Заксобрания? Покойный Борис Немцов точно так же работал в ярославской облдуме.

Во-вторых, почему ЛДПР взяла так много мандатов (хотя я думал, что возьмет больше)? Потому что у них совершенно четкий месседж: друзья, в 2001 году «Единая Россия» обещала, что к 2008-му РФ должна иметь безвизовый режим с ЕС, а к 2015-му — стать ассоциированным членом Евросоюза. А Жириновский с самого начала говорил, что нам нужно присоединить Крым, Северный Казахстан и омыть ноги в Индийском океане. И теперь ЛДПР твердит: власть выполняет нашу повестку, а не свою, выполняет то, о чем мы говорили еще 20 лет назад.

— Да, лидерам оппозиции типа Явлинского дают понять: региональный парламент — вот ваш потолок, сидите и не дергайтесь. Но мало ли что говорят, в нашей истории есть примеры, когда бунтари перемещались из политической «грязи» в политические «князи». Как думаете, с помощью каких технологий демократическая оппозиция сможет стать парламентской?

— Я не политтехнолог, но рискну предположить... Путин понимает, что в этой стране очень важна мощная харизма, и свою харизму он отточил до совершенства, добавив к ней всю мощь государственной пропагандистской машины: он кровь от крови народа, он ведет себя, как обычные люди, при этом он властелин мира и многократный «человек года» на выбор ведущих международных СМИ, которого боится даже президент Америки. Ну, хорошо. Что можно ему противопоставить?




Играть против такого харизматика, как Путин, ища другого харизматика, бессмысленно. Но этого почему-то не понимает никто в российской оппозиции. Я бы противопоставил некое совершенно децентрализованное движение. Вспомните Майдан — он случился не потому, что народ повел за собой Яценюк, он появился там всего за пару дней до развязки. Майдан был абсолютно стихийным протестным движением, сетью из множества людей, объединенных вокруг европейской идеи, которую власть попыталась затереть... И нам нужна масса людей, объединенных идеей, а не светлым образом Григория Алексеевича, который уже давно потускнел...

Явлинский, мне кажется, вообще выполняет обещание, данное нынешнему президенту: Путин выпускает на выборы десяток «яблочников», чтобы покрасоваться перед телекамерами, а Григорий Алексеевич идет спойлером на президентские выборы и снова получает свои 2%. Потому что даже я не пойду голосовать за людей, которые призывают к абстрактной демократии и либеральной экономике. В начале 90-х эти товарищи уже организовывали либеральную экономику, и я бы не сказал, что фанатею от того, что тогда организовали. И демократию образца президентских выборов 1996 года мы тоже видели и помним...

беседовал Александр Задорожный
znak.com, 22 Sep. 2016 (
статья полностью)
____________________
Хотя сей текст основательно сократил и много, на мой взгляд, малозначащего убрал, тем не менее считаю нужным заметить, что в открытой печати Вл. Иноземцев стремится выражаться более-менее корректно и краски особо не сгущать. Слыхал и другие его высказывания, куда жестче и определеннее.


Tags: аналитика, власть, деградация, мнение, рф, экономика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments